Новый антисемитизм

Тип статьи:	Регулярная исправленная статья

Графити в Мадриде (Испания)

Новый антисемитизм — форма антисемитизма, замаскированная под легитимную критику сионизма и Государства Израиль.

Антисионистский антисемитизм

Термин «антисионистский антисемитизм» охватывает два различных явления.

Одно из них — превращение подлинного антисионизма в антисемитизм. Подлинный антисионизм, то есть критика реальной сионистской идеологии и/или Государства Израиль, — идеологическая позиция, отличная от антисемитизма (многие евреи, в частности, большинство ортодоксального еврейства и часть еврейской интеллигенции были и остаются антисионистами).

В то же время в прошлом и сейчас многие антисемитствующие авторы видят решение «еврейской проблемы» в переселении еврейской диаспоры в свое государство.

Бернард Льюис об антисемитизме

Даже значительное расхождение в стандартах оценки само по себе не обязательно является доказательством антисемитизма. Могут быть задействованы и другие элементы.
Например, иногда проводится сравнение между мировой реакцией на массовое убийство палестинцев ливанскими христианскими ополченцами в Сабре и Шатиле в сентябре 1982 года, где было убито около 800 человек, и массовым убийством, произошедшим ранее в том же году в Хаме в Сирии, где были убиты десятки тысяч человек.
В последнем случае ни одна собака не залаяла.
Разница, конечно, заключалась в обстоятельствах. В обоих случаях виновниками были арабы, но в случае Сабры и Шатилы, из-за доминирующего израильского военного присутствия в регионе, существовала возможность обвинить евреев.
В Хаме такой возможности не существовало; поэтому массовые убийства арабов арабами остались незамеченными и без протестов. Этот контраст явно антиеврейский. В некотором смысле, он также антиарабский.

Но, когда «грехи сионизма» объясняются «национальными чертами» еврейского народа (агрессивность, высокомерие, жадность и т. д.) и «расистской сущностью» еврейской религии, а евреи всего мира (независимо от их политических взглядов) рассматриваются как «органические сионисты», ответственные за все то, что «антисионистам» не нравится в сионизме или в Израиле, — такая идеологическая позиция не что иное, как антисемитизм.

Для «антисионистского антисемитизма» характерно смещение пропорций в оценке связанных с Израилем событий (например, уподобление сионистов нацистам, сравнение Ливанской войны со Второй мировой, действий израильской армии — с действиями вермахта и т. п.), а также двойной моральный стандарт в оценке действий Израиля (например, преподнесение разгона израильской полицией арабской демонстрации как акта более жестокого, чем кровавое подавление мусульманской оппозиции в Сирии с тысячами убитых, включая женщин и детей).

В более изощренной форме двойной стандарт проявляется в требовании от евреев особо высокой моральности, потому-де, что они сами — жертвы многовековой несправедливости.

«Антисионистский антисемитизм» пропагандирует концепцию незаконности и неправомерности существования Израиля (обычно приводятся разные обоснования этой концепции), а также отрицает само существование еврейского народа как такового, считая еврейство религией.

Другая форма антисионизма — не более чем новая маска старого расистского антисемитизма, насаждающего веру во «всемирный еврейский заговор» против западной цивилизации (или ислама, социалистического лагеря и т. п.) с целью установления еврейской власти над всем миром.

Классическое выражение традиционного антисемитизма — известная фальшивка «Протоколы сионских мудрецов», причем создание Государства Израиль послужило как бы новым её подтверждением: неуловимый «заговор» удалось наконец отождествить с чем-то реальным — сионизм стал воплощением «заговора», а Государство Израиль было названо штабом сионистов и плацдармом для завоевания мира.

Так советской пропагандой был пущен в обращение лозунг «Сионизм — угроза человечеству». Хотя эта формула была характерна для идеологии в Советском Союзе и арабском мире, её сторонников всё больше и на Западе.

После распада Советского Союза огромная пропагандистская машина ненависти, исходившая из Москвы, замолчала. Арабские страны, лишившиеся существенной части своего влияния через нефть (прежде всего Саудовская Аравия и Кувейт), после первой Войны в заливе (1991) также снизили накал антисемитской пропаганды, сильно смешанной с антиамериканской.

Но, хотя антисемитизм в исламском мире терял позиции на государственном уровне он набирал силу на народном уровне, на уровне культуры, групп, небольших организаций.

С массовой мусульманской иммиграцией в страны Запада мусульманский религиозный и политический антисемитизм проник туда, поощряемый официальными инстанциями арабских стран. Это явление было названо Даниэлем Пайпсом «новый антисемитизм».

Бернард Льюис определил его как третью разновидность антисемитизма (не религиозный или расовый, а политико-идеологический), причём не связывал с влиянием мусульманских иммигрантов, а вывел из политических тенденций западного мира конца 20 века. Он заметил, что этот новый вид антисемитизма снова создал для некоторых евреев возможность перейти на сторону врага и жить там неплохо - как во времена религиозного антисемитизма, когда достаточно было сменить религию.

В своей лекции Межпарламентскому комитету по борьбе с антисемитизмом, прочитанной 28 февраля 2002 года, главный раввин, профессор Джонатан Сакс сказал:

Сегодня мы являемся свидетелями второй великой мутации антисемитизма в современную эпоху, от расового антисемитизма к религиозному антисионизму (с добавленной предпосылкой, что все евреи — сионисты)... Мутация заключается в следующем: самые ужасные преступления антисемитов в прошлом — расизм, этнические чистки, попытки геноцида, преступления против человечности — теперь приписываются евреям и государству Израиль, так что если вы против нацизма, то, следовательно, вы должны быть категорически против евреев. Я считаю это одним из самых кощунственных переворотов в истории древнейшей ненависти в мире. Я потрясен тем, что так мало неевреев в Европе признали это и осудили.

В целом, так называемый «новый» антисемитизм, наряду с некоторыми аспектами антисионизма, имеет общую черту со «старым» антиеврейским отношением: проведение политики, направленной на убийство евреев.

Эволюция западного антисемитизма в начале 21 века

Основатели сионизма и лидеры Государства Израиль предполагали, что нормализация еврейского положения — то есть достижение государственности, а вместе с ней и флага, и армии — значительно уменьшит антисемитизм.

Но, начиная с войны Судного дня 1973 года, существование израильского государства, казалось, имело противоположный эффект, подпитывая, а не гася давние очаги антисемитской ненависти. Таким образом, в первые десятилетия нового тысячелетия наблюдался заметный рост антисемитизма.

Проявления антисемитизма в XXI веке побудили к тщательному рассмотрению и обсуждению определения антисемитизма. Развивающаяся дискуссия привела к тому, что Международный альянс памяти жертв Холокоста (IHRA) в 2016 году принял рабочее определение:

Антисемитизм — это определенное восприятие евреев, которое может выражаться как ненависть к евреям. Риторические и физические проявления антисемитизма направлены против еврейских или нееврейских лиц и/или их имущества, против еврейских общинных учреждений и религиозных объектов.

Ярость гнева и нападок на Израиль часто, казалось, не делала различий между израильтянами и евреями. Вооруженные нападения были направлены как против гражданских, так и против военных целей.

Некоторые из тех, кто был встревожен ростом антисемитизма в XXI веке, указывали на примеры использования мусульманскими лидерами антисемитских стереотипов при обращении к собственному населению. В то же время Интернет объединил разрозненные группы антисемитов и предоставил онлайн-сообщество для ранее изолированных фракций.

Бернард Льюис об антисемитизме

Более полувека любое обсуждение евреев и их проблем было омрачено мрачными воспоминаниями о преступлениях нацистов и о соучастии, попустительстве или безразличии многих других.

Но неизбежно, воспоминания о тех днях тускнеют, и теперь Израиль и его проблемы предоставляют возможность отказаться от непривычной и неудобной позиции вины и раскаяния и вернуться к более привычной и комфортной позиции сурового порицания, основанной на моральном превосходстве.

Неудивительно, что эта возможность широко приветствуется и используется.

Новый антисемитизм мало или совсем не влияет на правоту и справедливость в палестинском конфликте, но он, безусловно, оказывает некоторое влияние на восприятие проблемы, а следовательно, на поведение и, возможно, даже на политику как участников, так и посторонних.

И оскорбление не сосредоточено только на одной стороне. Можно утверждать, что когда арабов оценивают по более низким стандартам, чем евреев, например, из-за минимального внимания, уделенного чудовищным преступлениям, совершенным в Дарфуре, это более оскорбительно для арабов, чем для евреев.

Презрение, безусловно, более унизительно, чем ненависть. Но оно менее опасно.

Во многих странах значительная часть политических левых стала крайне критически относиться к Израилю, что вызвало беспокойство у евреев, которые когда-то чувствовали себя комфортно на левом фланге и считали, что их бывшие союзники отвернулись от Израиля или израильской политики.

Некоторые критики этой политики сравнивали её с политикой нацистской Германии, а в политических карикатурах еврейские фигуры изображались в манере, не сильно отличающейся от нацистской пропаганды. Например, в 2016 году Лейбористская партия Великобритании оказалась втянута в скандал после того, как некоторых ее членов обвинили в антисемитских высказываниях.

Ученые и исследователи антисемитизма пытались отличить законную критику политики израильского правительства от антисемитизма. В 2004 году тогдашний министр израильского кабинета и бывший советский правозащитник Натан Щаранский предложил три критерия для разграничения законной критики и антисемитизма.

Согласно его «трехмерному тесту», если обнаруживался хотя бы один из этих элементов, грань была пересечена:

• двойные стандарты (оценка Израиля по одному стандарту, а всех остальных стран по другому),
• делегитимизация (вывод о том, что Израиль не имеет права на существование) или
• демонизация (рассматривание израильского государства не просто как ошибочного или заблуждающегося, а как демоническую силу в современном мире).

В то же время многие консервативные христиане (включая многих евангелистов) выражали горячую поддержку Израилю.

Традиционно либерально настроенные евреи опасались, когда националистические ксенофобские крайне правые, которые часто воплощали открытый или едва завуалированный антисемитизм, извлекая выгоду из экономических потрясений и недовольства иммиграцией, в начале 2010-х годов получили значительную политическую власть в таких странах, как Греция и Венгрия.

Аналогичные политические движения позже вспыхнули и в других частях Европы, включая Австрию, где крайне правая Партия свободы пережила возрождение в середине 2010-х годов; Францию, где Марин ле Пен, чье «Национальное собрание» когда-то было известно тем, что поощряло антисемитизм, заняла второе место во втором туре президентских выборов 2017 года; и Италию, где партия, произошедшая от неофашистского Национального альянса, возглавила формирование правительства в 2022 году.

Несмотря на подозрительное отношение традиционных либеральных кругов к так называемым крайне правым силам, оказалось, что эти силы значительно улучшили отношения своих стран с Израилем и местными еврейскими общинами, а контролируемые ими правительства поддержали Израиль на международной арене. Этому всячески противодействовали традиционные еврейские левые политики как в самих европейских странам, так и в Израиле.

Например, в 2010 году австрийская Партия свободы вместе с другими крайне правыми партиями подписала так называемую Иерусалимскую декларацию, в которой подтвердила «право Израиля на существование» и право на самооборону, особенно против «исламского террора».

Партия признала Иерусалим столицей Израиля и выступала против резолюций ЕС, критикующих Израиль.

С начала войны в Газе в октябре 2023 года Партия свободы оказала полную поддержку наступлению Израиля, в результате которого погибло более 45,000 палестинцев. Её лидер Кикль выступал против прекращения огня в Газе, заявляя, что «пока террористы ХАМАС удерживают израильских заложников, прекращение огня маловероятно».

Лидер крайне правой (по стандартам начала 21 века) французской Национальной партии Марин ле Пен энергично занималась искоренением антисемитизма в рядах своей партии и выступала в поддержку Израиля. В 2024 году она участвовала в марше против антисемитизма, на котором президент Эммануэль Макрон не присутствовал. Её конкурент в правом лагере, руководитель небольшого политического движения с аналогичной позицией Эрик Земмур - еврей.

Известен своей активной поддержкой Израиля и неприятием антисемитизма также лидер радикально правой нидерландской Партии свободы Герт Вилдерс.

В то же время позиция самих крайне левых кругов (в том числе внутри Израиля), не вполне обоснованно называющих себя либеральными, вплотную приблизилась к крайнему антисионизму. В условиях системного кризиса институтов и идеологии либеральной демократии табу на антисемитизм было окончательно снято. Это имеет последствия для отношений между странами Запада и Израилем.

С началом кризиса социального государства и установлением неолиберализма население Запада резко левеет (чему способствуют также демографические сдвиги и кризис левой идеологии). Политический спектр в западном мире в начале 21 века настолько сдвинут влево, что в 2020-х годах многое из того, что ещё за десять лет до того было левым экстремизмом, стало мейнстримом, а то, что считалось мейнстримом, стали называть правым экстремизмом, злоупотребляя словом «фашизм».

В этой проекции евреи воспринимаются как самые успешные бенефициары капитализма и воплощение правой политики и правого истеблишмента. Отсюда – доминирование левого антисемитизма (в слегка обновленных одеждах антисионизма и пропалестинской риторики).

Так, критика правого венгерского лидера Орбана в адрес Джорджа Сороса, которую постарались представить как проявление антисемитизма, состояла в осуждении поддержки Соросом через его фонд различных ультралевых акций, часто направленных против Израиля и против демократических свобод в разных странах Европы, а также в поддержку распространения исламистского влияния.

В 2010-х годах в Европе и Северной Америке был зафиксирован заметный рост антисемитской риторики и нападений, включая физические и словесные нападения, а также вандализм, граффити и осквернение.

Во Франции, стране с самым большим еврейским населением в Европе, наблюдался один из самых заметных всплесков вандализма и насилия, направленных против еврейских общин, включая смертельное нападение на кошерный супермаркет в Париже в 2015 году.

По данным Антидиффамационной лиги (ADL), которая отслеживает антисемитскую деятельность в Соединенных Штатах, количество антисемитских инцидентов в стране резко возросло после 2015 года, достигнув в среднем около семи инцидентов в день в 2021 году.

В октябре 2018 года страна пережила одно из самых смертоносных антисемитских нападений, когда мужчина открыл огонь в синагоге «Древо жизни» в Питтсбурге во время богослужения, убив 11 человек. Общественное обсуждение роста антисемитизма возобновилось в октябре 2022 года, когда популярный рэпер Йе (Канье Уэст) сделал ряд публичных заявлений, которые были широко восприняты как антисемитские.

7 октября 2023 года палестинская боевая организация ХАМАС совершила разрушительное нападение на Израиль, в результате которого погибло более 1200 человек — это был самый смертоносный день для евреев со времен Холокоста.

В последующие недели, когда Израиль начал войну против ХАМАС, Антидиффамационная лига (ADL) зафиксировала 312 антисемитских инцидентов в Соединенных Штатах, что значительно больше, чем 64 инцидента, зарегистрированных за тот же период в 2022 году.

На протяжении всей войны резко возросла риторика против Израиля и сионистов, особенно в университетских кампусах и в ответ на масштабы гибели людей и разрушений в секторе Газа. Этот всплеск привел к усилению внимания к грани между законной критикой Израиля и антисионизмом как маской для современного антисемитизма.

В США правительством была начата кампания борьбы с антисемитизмом в университетах. В ходе её были зафиксированы факты травли студентов и сотрудников, организованной или поддержанной администрацией университетов, а также фактическое введение процентной нормы при зачислении студентов на учёбу и сотрудников на работу.

При этом традиционный антисемитизм ультраправых действительно переживает возрождение, что сильнее всего демонстрирует эффект американского телеведущего Такера Карлсона, активизировавшего антисемитскую кампанию в 2024 году и создавшего существенные трудности политике администрации президента США Дональда Трампа.

Влияние исламской пропаганды в странах Запада

С середины XX века организация Братья-мусульмане расширила свое влияние на Запад, который она воспринимала как благоприятную арену для распространения исламистской идеологии. В этих рамках Братья-мусульмане стремились установить гегемонистскую исламскую власть и формировать представления об исламе в западной общественной сфере.

В отличие от своей открытой деятельности на Ближнем Востоке, на Западе — и особенно в Соединенных Штатах — Братья-мусульмане действовали косвенно и без официального организационного присутствия. Но с годами все больше свидетельств указывает на идеологические, организационные и финансовые связи между американскими исламскими институтами и головным движением.

Связи между Братьями-мусульманами и исламскими институтами в Соединенных Штатах можно проследить до 1960-х и 1970-х годов, наряду с волнами иммиграции и расширением да'ва - исламской религиозной деятельности.

Студенты и активисты, иммигрировавшие в Америку и находившиеся под идеологическим влиянием Братьев-мусульман, сыграли центральную роль в создании ключевых исламских институтов, в частности, Ассоциации мусульманских студентов (MSA), а позже — Исламского общества Северной Америки (ISNA). Эти институты оказали значительное влияние на формирование мусульманского образования, да'ва и идентичности в Соединенных Штатах.

Несмотря на растущее влияние Братьев-мусульман в исламских организациях США, события 11 сентября стали важным поворотным моментом, прежде всего из-за ужесточения мер по обеспечению соблюдения закона.

Примером этой тенденции стал случай с фондом Holy Land Foundation (HLF), закрытым в конце 2001 года после того, как было установлено, что он оказывал помощь ХАМАС, а его лидеры впоследствии были осуждены за финансирование терроризма. В рамках судебного разбирательства такие организации, как CAIR и ISNA, были названы компонентами сети Братьев-мусульман в Соединенных Штатах.

Эта новая реальность вынудила мусульманские организации демонстрировать большую прозрачность, публичную подотчетность и соответствие американским правовым нормам. Этот процесс ускорил принятие дискурса «гражданского ислама», акцент на плюрализме и — по крайней мере, публично — дистанцирование от исламистских идеологий в рамках более широкого процесса американизации мусульманского сообщества.

В то же время эти тенденции также подвергались критике как стратегия тамкина, то есть постепенной гражданской интеграции, направленной на накопление легитимности и влияния, и, следовательно, не обязательно означающей деидеологизацию.

Таким образом, трудно определить, в какой степени эти организации действительно отказались от концепций, связанных с Братьями-мусульманами, поскольку основные идеологические концепции и институциональные сети — такие как ISNA и MSA — продолжают влиять на дискурс и деятельность по распространению исламского права (да'ва).

Тем не менее, революционный исламистский аспект — особенно стремление к созданию исламского халифата — теперь представляется менее актуальным, учитывая демографическое меньшинство мусульман и наследие 11 сентября.

Поэтому, похоже, основной целью этих организаций является укрепление легитимного гражданского мусульманского присутствия в американском обществе, а да'ва служит в основном инструментом культурной идентичности, а не революционной целью исламизации.

В то же время наблюдается рост политического участия — особенно со стороны CAIR — включая финансирование политических кампаний, поддержку «прогрессивного» крыла Демократической партии и расширение юридического активизма.

С момента своего основания в 1994 году CAIR считается одной из самых видных и влиятельных мусульманских организаций в Соединенных Штатах. Расположенная недалеко от Капитолийского холма в Вашингтоне, организация CAIR широко рассматривается как центральная общественная организация, отстаивающая права американских мусульман посредством юридической помощи, лоббирования и усилий по улучшению общественного имиджа ислама.

В то же время, CAIR также рассматривается как организация, имеющая исламистские связи, включая прямые или косвенные связи с Братьями-мусульманами, и как один из наиболее видных сторонников пропалестинской позиции среди американских исламских организаций.

В начале 2026 г. администрация Трампа активизировала свою кампанию против сторонников политического ислама. Эти усилия нашли отражение в заявлениях губернаторов Техаса и Флориды на уровне штатов, объявляющих Братьев-мусульман и Совет по американо-исламским отношениям (CAIR) иностранными террористическими организациями, а также в президентском указе, согласно которому отделения Братьев-мусульман в Египте, Иордании и Ливане должны считаться террористическими организациями.

Губернаторы Техаса и Флориды классифицировали как Братьев-мусульман, так и CAIR как международные преступные организации, утверждая, что они продвигают исламистскую идеологию, угрожающую демократическому порядку.

Разрыв институциональных связей между ФБР и CAIR после дела HLF, по-видимому, позволяет губернаторам принимать административные ограничительные и правоприменительные меры — в первую очередь против CAIR — включая расторжение контрактов и прекращение государственного финансирования, ограничение деятельности и институционального присутствия, а также усиление регулирующего надзора, что может иметь сдерживающий юридический эффект.

Следует отметить, что это классификация только на уровне штата; она не является официальным федеральным обозначением террористической организации. Соответственно, правоприменительные меры остаются в рамках полномочий штата и не предполагают формального уголовного разбирательства.

CAIR также подвергла критике Эббота и ДеСантиса, особенно в отношении предполагаемой причастности Израиля. ДеСантиса обвинили в продвижении политики «Израиль прежде всего», а не в защите американских граждан, связанных с CAIR, и в координации действий с произраильскими деятелями с целью отвлечения внимания от событий в Газе.

Утверждения о причастности Израиля или произраильских деятелей к действиям администрации также высказывались видными религиозными лидерами в Соединенных Штатах, некоторые косвенно, другие открыто. «Прогрессивное» крыло Демократической партии также раскритиковало действия губернаторов.

См. также

• Антисемитизм

Источники

• Статья «Антисемитизм в 1970–80-е гг.» в Электронной еврейской энциклопедии
• The New Anti-Semitism by Daniel Pipes
• Antisemitism in the 21st century — Michael Berenbaum Encyclopædia Britannica
• The US Administration Against the Muslim Brotherhood and CAIR: From Declarations to Action? - Elad Ben David INSS Insight No. 2100, February 12, 2026
• Прощай, Израиль? Евгений Добренко – о новом антисемитизме - Радио Свобода 20 сентября 2025
• IS ‘NEW’ ANTI-SEMITISM REALLY ‘NEW’? - GEORGE HALASZ, Melbourne Conference ‘Anti-Semitism in the Contemporary World’, Australian Centre for the Study of Jewish Civilization, Monash University, Melbourne, 6–7 February 2005
• MUST READ: BERNARD LEWIS ON THE NEW ANTISEMITISM