Коган, Шнеер Герцевич

Тип статьи:	Регулярная статья

Бессарабский художник и педагог Шнеер Коган родился 30 марта 1875 года в городе Орхей в религиозной еврейской семье. Получив традиционное еврейское образование, он переехал с семьей в Кишинев, где окончил среднюю школу. В конце 1990-х годов вместе со своим младшим братом Моисеем Коганом он изучал инженерное дело в Одессе. Здесь, попав в художественную среду, он увлекся живописью и решил поступить в Одесскую школу изящных искусств. В 1903 году он уехал в Мюнхен, успешно интегрировавшись в общество художников-эмигрантов, в которое входили известные художники В. Кандинский и А. Явленский. Он учился в Королевской академии Баварии (Мюнхен), участвуя в конце десятилетия в групповых выставках со своими пластическими работами. В 1910 году он отправился в Тель-Авив (Израиль), где также создавал мозаичные работы. В 1914 году он вернулся в Бессарабию, посвятив себя творчеству и, в значительной степени, художественному и пластическому воспитанию молодежи. Так, в 1915 году он основал частную художественную школу, которая четыре года спустя объединилась со Школой пластических искусств в Кишиневе, возглавляемой скульптором Александру Пламэдале. Он работал там преподавателем живописи и рисунка (Ставила, 2000, 46) до конца своей жизни (2 марта 1940 года). Среди наиболее выдающихся учеников Ш. Коганом были Моисей Гамбурд (1903–1954) и Евгения Гамбурд (1913–1956), Михаил Бейрехман (1908–2005), Ольга Хршановская-Беслау (1900–1990), Елизавета Ивановская (1910–2006) и другие (Ставила, 2000).

Формирование бессарабского изобразительного искусства происходило в результате различных культурно-художественных взаимодействий: как со стороны передвижников из России и Украины, так и со стороны современных и постмодернистских европейских процессов, проникших с Запада – Румынии, Франции, Бельгии, Германии. Несомненным значением в этом контексте была деятельность художников: Л. Арионеску-Байяр и А. Байяр, В. Дончев, П. Пискариов, Е. Малешевская, Ш. Коган, М. Гамбурд, Г. Фиурер, Р. Окушко, А. Пламэдала и др. (Гольцов, 1967, 160), а также историко-политических процессов, происходивших в регионе в конце 19 века – начале 10 века.

Шнеер Коган сыграл важную роль в культурной и художественной жизни региона в довоенный период. Он был основателем (1917) и руководителем Общества изящных искусств Бессарабии. Помимо Ш. Когана и А. Пламэдала, в примерно одиннадцати салонах, организованных Обществом до 1940 года, участвовали влиятельные художники, среди которых можно упомянуть Августа Байяра (1879–1961), Владимира Дончева (1878–1941), Александра Тарабукина (1875–1943) и других (Ставила, 2000, 19).

Графическое творчество Шнеера Когана интересно как с точки зрения техники графического изображения – офорты, акватинты – так и с тематической точки зрения, с точки зрения композиционно-художественной и стилистической организации графического пространства. Хотя в количественном отношении известно немного гравюр, они отличаются своеобразным стилем, сформировавшимся под влиянием экспрессионистов (Ставила, 2000, 24), «барбизонских художников» и художественных техник периода «Прекрасной эпохи» (Франция, 1871–1914). Так, в собраниях Национального музея искусства Молдовы (МММУ) представлен цикл офортов и акватинт, в основном изображающих городские пейзажи, обозначающие архитектурные последовательности церквей, мечетей или жилых зданий, а также некоторые пейзажи, созданные в довоенный период: Дом в Старом Кишиневе (1932), Вилла близ Кишинева (1916), Инзовский холм (1918), Балчик. Мечети (1930-е годы), Константинополь. Двор мечети (1934), Мазарская церковь (1935–1936).

Формат, близкий к квадратному, характерный для большинства работ, фронтальная, уплощенная перспектива композиционного пространства – специфичны как для пейзажей, так и для портретов Ш. Когана. Однородные графические пространства и четкое разграничение света и тени, сдержанная тональная гамма работ, часто дополненная оттенком коричневого, очевидная выразительность контурной линии формы и минимальная насыщенность поверхностей светотени – указывают на собственную стилистическую манеру художника-графика, призматизированную влиянием европейского модернизма и постимпрессионизма – французского и немецкого, где автор путешествовал или учился. Возможно, некоторые из описанных выше особенностей обусловлены спецификой графической фигуративной техники офорта, акватинты. Это не что иное, как дополнение к постмодернистской стилистике художника-графика, в которой специфическим образом проявляется элемент декоративизма и символизма изображения. Городские пейзажи из циклов, обозначающих Кишинев, Балчик или Константинополь, пронизаны спокойной, уединенной атмосферой, лишены фигуративных силуэтов, деталей или второстепенных элементов и практически по типу композиционной структуры и по способу действия схожи с графическими элементами этих циклов.

Визуальный знак. Эта атмосфера необычности ощущается во всех гравюрах Ш. Когана, побуждая зрителя занять позицию беспристрастного созерцателя – скорее атмосферы, чем самой архитектуры. Тональные графические значения – более высокая яркость архитектурных поверхностей, что указывает на специфическую невозмутимую, зарождающуюся или сумеречную атмосферу изображений – составляют, по сути, отличительный элемент творчества графического художника. Следует отметить, что подобная художественная обработка композиционного пространства наблюдается и у других графических художников того времени. Например, та же поэтическая выразительность и экспрессионистская манера изображения характерны для офортов Григория Фюрера: «Молдавский пейзаж» (1947?), «Сумерки» (1948), «Памятник А. Пушкину в Кишиневе» (1959) и др. Графические работы демонстрируют хорошее мастерство изобразительной техники, а также качества, присущие рисовальщику-графику. Особого внимания заслуживают пейзажи Г. Фюрера, отличающиеся яркой тональной гаммой композиционного пространства, что придает изображениям нотку примирения и гармонии. Например, офорты «Сумерки» (1948) изображают идиллию природы, в которой, как и в случае лирических пейзажей Ш. Когана, посредством обобщенных тональных выражений передается атмосфера сумерек на берегу озера. В том же духе портреты встречаются в интерпретации Шнеер Коган: «Старуха» («Продавец восходящего солнца», 1935–1936), «Портрет старого еврея» (1935), «Икона?» (1925) и др. Изображения благочестивой фигуративной живописи также оформлены в формате, близком к квадратному. Как наклонная ось головы, так и «тусклый» взгляд изображенных глаз, обычно закрытых или едва приоткрытых, создают замкнутую композиционную структуру с интровертной векторной динамикой визуального поля. Этот эффект также усиливается близкими тональными выражениями изображения, распределенными по целостным, общим поверхностям фигуративного изображения, а также затенением гравюр охристо-коричневой «губой». Офорт и акватинта «Старуха» (1935–1936) необычны – как способ композиционной организации и подход к портретной живописи. Это профильный портрет пожилой женщины, ось ее головы расположена восходящим образом по диагонали формата (практически квадратного). Несмотря на некоторые специфические портретные черты (которые в некоторой степени отсылают к «Портрету матери» Альбрехта Дюрера) и динамичную структуру фигуративного изображения, лицо старухи выражает спокойствие и благочестие. Работа также примечательна графико-тональной организацией композиционных поверхностей, что свидетельствует о той же выразительности и ценности, что и в пейзажах этого графического художника. Графическое творчество Шнеера Когана, выполненное на основе гравюры по металлу (офорт, акватинта), в основном ограничивается пейзажным и портретным жанрами, которые отличаются своеобразными композиционно-художественными решениями в изображении сюжетов, но особенно стилистическим подходом к композиционному пространству и использованием фигуративной техники. Таким образом, гравюры Ш. Когана впечатляют лиризмом и повествовательностью изображения, достигаемыми благодаря тонкой «игре» полутонов и превосходной тональной корреляции поверхностей, что обеспечивает целостность и ясность художественной композиции.