Ontario14 в 01:37, 28 января 2015

2015-01-28T01:37:55Z

Новая страница

{{Начало_работы}}
== Введение ==
Предметом изучения [[Тора|Торы]] стало еще во время становления [[ТаНаХ]]а, и лучшее доказательство тому публичное чтение [[Ездра|Ездрой]] в 445/4 г. до н.э. в [[Иерусалим|Иерусалиме]] Сефер Торат Моше ("книги учения Моше"), видимо, [[Пятикнижие|Пятикнижия]]. [[Ездра|Ездра]] и его слушатели не ограничивались чтением и слушанием текста, но, как сказано в [[Книга Неемии|книге Неемии]],

<b>"...левиты делают учение понятным (мевиним) народу... И читали в книге учения Элохима, истолковывая (мефораш) и с разумением, и [народ] понимал в читанном" (Нех.8:7-9). </b>
== Ранняя история. Ессеи ==
Это стремление "понимать", "разуметь" и, главное, "истолковывать" Тору получило дальнейшее развитие среди эссенов-[[Ессеи|кумранитов]], создавших особый жанр словесного творчества пешарим.

Устав [[Ессеи|кумранитов]] предписывает:

<b>"И в месте, где будут десять человек, пусть неотступно будет с ними человек, толкующий Учение денно и нощно" (Уст.VI:6).</b>

[[Ессеи|Кумраниты]] были убеждены, что сказанное в ТаНаХе, особенно в речениях пророков и в псалмах, обладает абсолютной истинностью, оно вне пространства и времени и поэтому имеет для них определяющее значение. Задачи и цель толкования состоят в том, чтобы, ничего не объясняя в тексте ТаНаХа, соотнести его с взглядами и ожиданиями самих кумранитов, приложить текст ТаНаХа к событиям и явлениям их действительности. Например, упомянутый в определенном контексте в ТаНаХе ассирийский город [[Ниневия|Ниневия]] воспринимался кумранитскими толкователями как [[Иерусалим|Иерусалим]], египетский город [[Фивы (Египет)|Но-Амон (Фивы)]] - как колено [[Манассия|Менаше]] и т.д.
== Ранняя история. Эллинистическая эпоха ==
В этом приеме толкования, названном известным ученым кумрановедом И.Д. Амусиным методом презентизации, "осовременивания" текста ТаНаХа, заложены также элементы аллегорического толкования, получившего наиболее полное раскрытие в трудах величайшего еврейского мыслителя эллинистическо-римской эпохи [[Филон Александрийский|Филона Александрийского]] (I в. н.э). Филон, который стремился к синтезу яхвизма с греческой философской мыслью, особенно с учением [[Платон|Платона]], считал Моше величайшим из всех мыслителей и законодателей, а учение Моше - абсолютной и высшей мудростью, истиной, обращенной ко всем людям во все времена. Но слово в ТаНаХе имеет два значения - внешнее, конкретное, понятное всем, и внутреннее, отвлеченное, которое раскрывается только путем аллегорического толкования, т.е. путем признания, что внешнее, конкретное это лишь знак, символ внутреннего, отвлеченного и истинного смысла. Соответственно, по мнению [[Филон Александрийский|Филона]], [[Адам|Адам]] и [[Ева|Хавва]], конечно, перволюди, но главным образом они - воплощения: [[Адам|Адам]] - разума, а [[Ева|Хавва]] - чувственности; четыре реки в саду Эден воплощают четыре основных добродетели - мудрость, уравновешенность, храбрость и справедливость, и т.д.
== Средневековье ==
Приемы аллегорического толкования Филона на протяжении веков находили себе сторонников и продолжателей, но они не удовлетворяли создателей [[Мишне Тора|Устной Торы - Мишне]] и [[Талмуд|Талмуда]]. Эти мыслители нуждались не только и не столько в раскрытии тайного, сокровенного смысла ТаНаХа, Торы, сколько в сохранении их как основы жизни, поведения и веры евреев в существенно изменившемся и продолжавшем меняться мире. Аллегорическое толкование Филона не отвечало этим требованиям, и они искали иного способа толкования, особенно ярко выраженного крупнейшим раннесредневековым еврейским мыслителем и толкователем ТаНаХа [[Саадия Гаон|Саадией Гаоном]] (конец IX - первая половина X в.). Он, как и все толкователи до и после него, признавал ТаНаХ воплощением высшей, абсолютной истины, однако не потаенной, замаскированной, а открывающейся в словах, в тексте, который надо правильно понимать. Это понимание возможно на двух уровнях - на уровне пешат ("прямой смысл") и на уровне драш ("толкование"). По мнению [[Саадия Гаон|Саадии Гаона]], в первую очередь, ТаНаХ следует понимать на уровне прямого смысла содержащихся там слов. К такому пониманию ведут непосредственное ощущение, мыслительное восприятие и логическое умозаключение. (Впрочем, [[Саадия Гаон]] допускал возможность чисто аллегорического толкования, если прямое толкование противоречит логике и т.п. <ref>"''[[Эмунот ве-Деот]]''", гл. 7, см. также [http://www.ejwiki.org/~ejwiki/index.php?title=%D0%90%D0%BB%D0%BB%D0%B5%D0%B3%D0%BE%D1%80%D0%B8%D1%8F_%D1%83_%D0%B5%D0%B2%D1%80%D0%B5%D0%B9%D1%81%D0%BA%D0%B8%D1%85_%D0%BA%D0%BE%D0%BC%D0%BC%D0%B5%D0%BD%D1%82%D0%B0%D1%82%D0%BE%D1%80%D0%BE%D0%B2_%D0%A2%D0%BE%D1%80%D1%8B#.D0.A1.D0.B0.D0.B0.D0.B4.D0.B8.D1.8F_.D0.93.D0.B0.D0.BE.D0.BD Аллегория у еврейских комментаторов Торы, Саадия Гаон]</ref>)

Этот способ толкования, который можно назвать рационализирующим, получил дальнейшее развитие в знаменитом комментарии [[Раши|Раши]], раби Шеломо Йицхаки (XI в.), который обращал особое внимание на этимологию (т.е. происхождение) и семантику (т.е. значение) слов в ТаНаХе, на грамматику древнееврейского языка. Это приближало толкование к границе, отделяющей его от исследования, так как поиски корней слов, их меняющегося значения таят в себе подспудное признание становления и изменения ТаНаХа. Таким образом, комментарий [[Раши|Раши]] знаменовал отход от основ толкования: восприятия и признания ТаНаХа текстом изначально законченным, замкнутым, всегда равным себе. Еще ближе к границе, отделившей толкование ТаНаХа от его исследования, подошел великий [[Маймонид|Маймонид]], рабби Моше, сын Маймона (XII в.). В своем стремлении объединить в одно целое религиозное учение иудаизма и философскую мысль (в основном Аристотеля) он признавал основополагающим для понимания ТаНаХа толкование его на уровне пешат, обращал особое внимание на географические термины и необходимость их объяснения, и пр. Иногда, если философия и Писание вступали в противоречие, [[Маймонид]] прибегал к аллегорическому толкованию <ref>"Путеводитель растерянных", 2:30, см. также [http://www.ejwiki.org/~ejwiki/index.php?title=%D0%90%D0%BB%D0%BB%D0%B5%D0%B3%D0%BE%D1%80%D0%B8%D1%8F_%D1%83_%D0%B5%D0%B2%D1%80%D0%B5%D0%B9%D1%81%D0%BA%D0%B8%D1%85_%D0%BA%D0%BE%D0%BC%D0%BC%D0%B5%D0%BD%D1%82%D0%B0%D1%82%D0%BE%D1%80%D0%BE%D0%B2_%D0%A2%D0%BE%D1%80%D1%8B#.D0.A1.D0.B0.D0.B0.D0.B4.D0.B8.D1.8F_.D0.93.D0.B0.D0.BE.D0.BD Аллегория у еврейских комментаторов Торы, Маймонид]</ref>.

== Иудаистское и христианское толкования ТаНаХа ==
Иудаистское и христианское толкования ТаНаХа развивались параллельно, но не без взаимодействия и взаимовлияния. Если влияние иудаистского толкования на христианское сказывалось, главным образом, во внимании к слову в ТаНаХе, к этимологии и семантике древнееврейского слова, то христианское толкование влияло на иудаистское разработанной им структурой комментария, стремлением интегрировать разные методы толкования. На исходе средневековья, в преддверии нового времени общность духовной атмосферы в обоих руслах толкования ТаНаХа способствовала приближению его к границе, отделявшей толкование от исследования, даже переходу от толкования к исследованию, однако без категорического отказа от толкования (особенно в еврейском русле).

{{ЭЕЭ|15038|Экзегеза}}

{{ЭЕЭ|11123|Герменевтика}}
<references />

[[Категория:Книги ТаНаХа ]]
[[Категория:Комментаторы ТаНаХа]]{{checked_final}}

Еврейское комментирование Танаха - История изменений

Ontario14 в 01:37, 28 января 2015